Судья принимает решение на основании внутреннего убеждения

Самое главное по теме: "Судья принимает решение на основании внутреннего убеждения". На странице собрана полезная тематическая информация. На все вопросы вам ответит дежурный специалист.

СТРУКТУРА ВНУТРЕННЕГО УБЕЖДЕНИЯ

Внутреннее убеждение в уголовном процессе рассматривается как психическое состояние, отличающееся твердой уверенностью в истинности достигнутых результатов, объективно отражающее состояние доказанности факта, события’. Поскольку внутреннее убеждение — это психическое состояние, для него невозможно с правовых позиций установить какие-либо формальные правила.

Внутреннее убеждение непосредственно связано с оценкой доказательств, а любая оценка предполагает три элемента:

  • 1) познавательный (когнитивный);
  • 2) логический;
  • 3) психологический.

Убеждение как продукт взаимодействия разума, чувства и воли — не просто правильный взгляд, а эмоционально окрашенная внутренняя сила, регулирующая человеческое поведение. Внутреннее убеждение — это, во-первых, знание, во-вторых, вера в правильность этого знания и, в-третьих, волевой стимул, побуждающий к определенным практическим действиям [1] [2] .

По мнению В.А. Лазаревой, «любая (непосредственно) воспринимаемая судом информация является результатом познавательной деятельности других субъектов (свидетеля, следователя), на основе которой исключительно мыслительным путем суд приходит к логическим выводам, завершающим процесс познания. Изложение этих выводов в приговоре есть констатация познанного (установленного) факта» [3] . Следовательно, основным является познавательный элемент, предполагающий наличие информации, представляющей собой логически стройную систему, для того чтобы убедить познающего субъекта в достоверности информации, на основании которой принимается процессуальное решение.

По мнению Г.М. Резника, «структура формирования внутреннего убеждения судьи должна носить формально-логический характер» [4] , поскольку преступление является событием прошлого, и «судья может прийти к своему выводу о рассматриваемом им событии лишь логическим путем, сопоставляя мнения, суждения, доказательства, проверить же его опытным путем он не в состоянии» [5] . Но несмотря на то что судья не может проверить опытным путем соответствие содержания доказательств тому, что было в действительности, он может выяснить, какой проверке следователем подвергалось каждое из рассматриваемых в суде доказательств, порядок фиксации и проверки которых установлен законом, и таким образом убедиться в их достоверности или недостоверности. И.Я. Фойницкий в этой связи отмечал: «Суду указывается как событие, так и его причина; ему ставится не вопрос: что произошло и кем оно причинено, а вопрос: произошло ли данное событие и составляет ли причину его, внешнюю и внутреннюю деятельность определенного обвиняемого? Суду представляются и доказательства, имеющиеся для разрешения этого вопроса. Ему остается лишь определить точность или истинность доказательств и поставить их в логическую связь с искомым» [6] .

Некоторые авторы, напротив, считают, что в уголовном судопроизводстве недопустима логика формально-методологического подхода [7] . Такая точка зрения не может быть признана даже заслуживающей внимания, поскольку мир в познавательной ситуации не может быть дан и освоен иначе, как в формах мышления, и проверка истинности суждений обязательно принимает логическую форму и без логики не может быть осуществлена. Еще И. Кант со всей отчетливостью зафиксировал: невозможно познавательно осваивать объект без учета средств и способов его познавательного освоения.

А.Ф. Черданцев справедливо отмечает, что «в теории права признание несвязанности судьи законами логики преследует цель заменить закон и выводы из закона на основе правил логики интуицией судьи, его правовым чувством, его представлением о “справедливом”, “естественном” праве. Под флагом алогизма — освобождение судьи от закона и логики» [8] .

Люди постоянно употребляют правильную форму умозаключения как орудие проверки имеющихся знаний. Делая из тех или иных посылок логически правильный вывод и устанавливая затем его ложность, мы заключаем отсюда и ложность одной или всех посылок, из которых делался этот вывод. Подтверждением верности нашего заключения о ложности посылки является здесь именно правильная форма выводов [9] . Несомненное значение и важность логических учений в уголовном процессе отмечал И. Василенко, утверждавший, что «суд по внутреннему убеждению должен покоиться на прочных доводах, систематически представленных; всестороннее знание теории рассуждения и доказательства необходимо для юриста-практика» [10] .

В ходе судебного следствия тщательно проверяется объективность информации, собранной на предварительном следствии, при этом судья делает вывод о доказанности или недоказанности обвинения на основании лишь тех доказательств, которые были представлены и исследованы в суде, поскольку только после этого возможны умозаключения о них. Поведение судьи должно быть беспристрастным и определяться объективностью, а в основе окончательного вывода о том, доказано ли событие преступления и совершил ли его обвиняемый, должны лежать знания и логика рас-суждений, ничего больше. Судья, оценив доказательства, должен быть убежден в правильности своего решения. Именно судья (суд) способен объективно исследовать все собранные доказательства и прийти к единственно правильному и обоснованному с позиции логики и закона решению.

Убедить кого-то — значит лишь создать у убеждаемого уверенность в истинности тезиса. Задача убеждения считается законченной, если такая уверенность почему-либо создалась, независимо от того, соответствует тезис действительности или не соответствует. Приемами убеждения могут служить не только приемы доказательства в собственном смысле, но и другие способы воздействия на человека: влияние на чувства, фантазию, использование пафоса, заинтересованности и т.д., лишь бы эти приемы порождали психологический эффект, состояние уверенности в обладании истиной. Целью же доказательства является установление соответствия тезиса независимой от убеждаемого субъекта действительности по закону достаточного основания, т.е. установление самой объективной истины, а не достижение субъективной убежденности в обладании истиной.

Преимущество логики перед другими средствами убеждения убедительно показал П. Сергеич: «Когда оратор развивает чисто логическое рассуждение, вокруг него чувствуется как бы здоровый холод, в котором широко дышится и ясно видно сквозь чистый воздух; в патетической речи нет этой прохлады, поэтому первое воспринимается слушателями с полной готовностью, второе — почти всегда с некоторым недоверием. Другое преимущество логического доказательства перед обращением к чувству заключается в том, что противник ваш всегда может охладить чувствительность присяжных и никогда не властен отнять малейшую крупицу у верного логического рассуждения» [11] .

Таким образом, в любом случае убедить — значит обратиться к разуму, а для этого необходимо выстроить логически безупречную цепочку рассуждений, что и будет основанием для психологического состояния убеждения. Поэтому основными аспектами формирования внутреннего убеждения являются познавательный и логический аспекты. Перенос же акцента на психологическую способность доказательств убеждать без рассмотрения их подлинной сущности представляется опасным. Правильность оценки доказательств определяется не степенью их воздействия на исследователя, а обоснованностью этой оценки [12] .

Следует различать убежденность в виновности подсудимого и доказанность его виновности. Доказательства должны убеждать суд в доказанности вины обвиняемого, поскольку неотразимую силу придает мысли не субъективная уверенность, а обоснованное убеждение; с другой стороны, лишь акты обоснованного знания сопровождаются переживанием субъективной уверенности в его достоверности. Именно поэтому ключевым понятием для принятия любых решений по уголовному делу является именно понятие «обоснованность».

Процесс формирования внутреннего убеждения судьи связан с непрерывным разрешением сомнений, которые и должны изначально предполагаться в силу исходного принципа презумпции невиновности подсудимого. Только подвергнув сомнению версию предварительного следствия, испытав ее на прочность и достоверность, суд может установить истину. В процессе исследования доказательств происходит либо устранение сомнений, либо их углубление, что ведет к соответствующему выводу — о виновности или невиновности подсудимого.

Внутреннее убеждение как результат оценки доказательств означает уверенность суда в достоверности доказательств и правильности выводов, к которым он пришел в процессе их исследования. Вывод суда должен быть однозначным, исключающим разумное сомнение, так как убеждение и сомнение — понятия друг друга исключающие. Под «разумным сомнением», по мнению Р. Уокера, следует понимать «сомнение, которое основано на разуме и здравом смысле, и может возникнуть в результате тщательного и беспристрастного рассмотрения всех доказательств либо в результате недостаточности доказательств. Доказанность вины вне разумного сомнения — это доказанность, которая оставляет вас в твердом убеждении, что обвиняемый виновен» [13] .

Читайте так же:  Кто подписывает протокол общего собрания собственников

Некоторыми авторами в структуре внутреннего убеждения как результата оценки доказательств правомерно выделяется, кроме перечисленных, еще один аспект — нравственно-этический, предполагающий учет требований совести и справедливости при вынесении решения [14] . Убеждение, справедливо отмечал И.Я. Фойницкий, «не знает других законов, кроме указаний разума и внушений совести» [15] . Совесть, как чувство нравственной ответственности, выступает в этом процессе внутренним критерием соблюдения правил, обеспечивающих независимость и свободу выражения своего убеждения, уверенность в беспристрастности и справедливости решения, таким образом, выражает самооценку деятельности и самоконтроль убеждения суда.

В основе судебного приговора должна лежать не только логическая неизбежность, но и нравственная обязательность, поскольку сформировать внутреннее убеждение невозможно, если не руководствоваться при этом ценностными ориентациями, нравственными установками. Справедливость в уголовном процессе может быть достигнута лишь при надлежащей, соразмерной реакции правоохранительных органов на преступное поведение. А такая реакция может быть справедливой только в случае, когда компетентным органам известны все обстоятельства дела.

Можно сделать вывод, что указание закона на оценку доказательств по внутреннему убеждению, свободному от внешнего принуждения и не связанному формальными предписаниями, предполагает в качестве необходимого условия такое психическое состояние субъекта, которое характеризуется убежденностью в достоверности полученного знания, отсутствием сомнений в правильности решений, основанных на этом знании.

Решить по внутреннему убеждению — значит осознать единственную правильность утверждаемого или отрицаемого, иметь строго обоснованную уверенность в истинности своих суждений и располагать необходимым для этого объективным материалом.

Принцип свободы оценки доказательств сформулирован законодателем таким образом, что доказательства оцениваются на основании самих себя («основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств»), что не может быть признано правильным. Представляется, что основанием для формирования внутреннего убеждения должна являться доказанность или недоказанность всех обстоятельств преступления, которые могут быть установлены только в результате полного, всестороннего и объективного исследования доказательств.

В современных условиях принцип свободной оценки по внутреннему убеждению предполагает наличие следующих условий:

  • — самостоятельность и прерогатива субъекта доказывания при оценке доказательств;
  • — независимость субъекта доказывания, т.е. несвязанность с оценкой, данной другим лицом или органом;
  • — отсутствие предустановленной законом силы доказательств, их видов, значения и количественных показателей достаточности для дела;
  • — непосредственное восприятие всех доказательств;
  • — отсутствие всякого внешнего принуждения;
  • — точное соблюдение законов мышления.

Внутреннее убеждение можно определить как свободное от посторонних влияний нравственно и логически обоснованное критическое отношение судьи к доказанности или недоказанности обстоятельств совершенного преступления совокупностью представленных и полно, всесторонне и объективно исследованных в суде доказательств.

Судейское убеждение должно опираться на достоверные факты и основываться на проверенных и рассмотренных в суде доказательствах 1 , при этом суд не только должен прийти к убеждению сам, но и отразить мотивы своего убеждения в процессуальных документах, в этом проявляется социальное значение судебного акта. Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ решение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Именно в мотивировке обоснованности принимаемых решений находит внешнее выражение внутреннее убеждение судей. Требование мотивировать важнейшие судебные решения обязывает судей не раз продумать и объяснить ход и результат своих рассуждений, путей преодоления своих сомнений в достоверности того или иного доказательства, доказанности каких-либо обстоятельств по делу и т.д. 1

Таким образом, свободное внутреннее судейское убеждение при оценке доказательств возможно только в условиях состязательного уголовного процесса, целью которого является достижение объективно обоснованного результата.

Вопросы для самопроверки

  • 1. Чем является внутреннее убеждение как цель и результат оценки доказательств по уголовному делу?
  • 2. Чем является внутреннее убеждение как метод оценки доказательств по уголовному делу?
  • 3. Какова структура внутреннего убеждения?
  • 4. В чем заключаются преимущества логики перед другими средствами убеждения?
  • 5. Каков нравственно-этический компонент внутреннего убеждения?
  • 6. Каковы условия свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению?

Статья 67. Оценка доказательств

1. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

2. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

3. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

4. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

5. При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

6. При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

7. Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Комментарий к Ст. 67 ГПК РФ

1. Оценка доказательств представляет собой осуществляемую в логических формах мыслительную деятельность судьи или суда. Осуществляется она в целях определения по своему внутреннему убеждению допустимости, относимости фактических данных, достоверности, достаточности и значения как каждого отдельно взятого доказательства, так и всей собранной по делу их совокупности.

2. Доказательства оцениваются по внутреннему убеждению, которое в той или иной мере характеризуют следующие признаки:

а) специальный субъект, уполномоченный оценивать доказательства от имени государственного органа (государства), — должностное лицо, осуществляющее гражданский процесс;

б) указанный субъект не вправе руководствоваться оценкой, предлагаемой кем-то другим (вышестоящим органом, «общественным мнением» и др.), а также перелагать обязанность такой оценки и ответственность за нее на другое лицо;

в) по формальным признакам никакие доказательства (ни исходя из содержащихся в них фактических данных, ни из разновидности средства) не должны иметь преимущества над другими;

[1]

г) должностное лицо, осуществляющее гражданский процесс, должно стремиться к завершению оценки доказательств однозначными, лишенными сомнений выводами .
———————————
По аналогии с признаками оценки доказательств по внутреннему убеждению в уголовном процессе, вычленяемыми Б.Т. Безлепкиным (см.: Безлепкин Б.Т. Доказательства в советском уголовном процессе // Советский уголовный процесс: Учебник / Под ред. В.П. Божьева. М.: Юрид. лит., 1990. С. 92 — 94).

3. Оценивая доказательства, судья и суд должны руководствоваться законом и правосознанием. Под законом здесь подразумеваются источники не только гражданско-процессуального, но и гражданского права, а равно любой иной (если необходимость в таковом возникает) отрасли права.

4. Теорией доказательств установлены принципы оценки доказательств, гарантии и пределы процессуальной самостоятельности субъектов доказывания при оценке доказательств, а также требования к процессуальным документам, в которых фиксируются итоги оценки.

5. Нормы различных материальных отраслей права позволят, кроме того, сделать вывод о соответствии закону некоторых письменных доказательств.

6. Оценивая доказательства, судьи опираются на свои представления и профессиональные знания о праве, понимание юридического, социального и нравственного содержания правовой системы государства, официальное и научное толкование юридических норм. Это и значит руководствоваться собственным правосознанием .
———————————
См.: Безлепкин Б.Т. Доказательства в советском уголовном процессе… С. 94 — 95.

Читайте так же:  Заявление в загс о перемене имени

7. Исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости.

8. Если у суда либо у лиц, участвующих в деле, возникнут сомнения в достоверности исследуемых доказательств, их следует разрешать путем сопоставления с другими установленными судом доказательствами, проверки правильности содержания и оформления документа, назначения в необходимых случаях экспертизы и т.д. .
———————————
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2008 года N 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. N 10.

9. Пленум Верховного Суда РФ неоднократно обращал внимание на необходимость соблюдения закрепленного в комментируемой статье правила. Так, им обращается внимание на то, что заключение экспертизы по вопросу о происхождении ребенка, в том числе проведенной методом «генетической дактилоскопии», является одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, поскольку в соответствии с ч. 2 комментируемой статьи 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы .
———————————
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 года N 9 «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов» // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 1961 — 1996. М.: Юрид. лит., 1997. С. 195 — 196.

10. Правовая безграмотность истца (на что иногда ссылается в решении суд) юридического значения не имеет, поскольку в соответствии с законом основанием для признания сделок недействительными не является .
———————————
По аналогии с толкованием ранее действовавших гражданских процессуальных норм. См.: Постановление Президиума Московского городского суда от 11 апреля 1996 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 5. С. 20.

11. Если суд, оценив доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, установит, что те или иные представленные материалы, показания свидетелей, другие фактические данные не подтверждают обстоятельств, на которые стороны сослались как на основание своих требований и возражений, он должен в решении убедительно мотивировать свой вывод об этом.

В России судья принимает решение на основе представленных доказательств, законодательных и иных норм права, руководствуясь собственными убеждениями.

Субъективизм решений Суда-реальность сегодняшнего времени.

В России судья принимает решение на основе представленных доказательств, законодательных и иных норм права, руководствуясь собственными убеждениями. » Проблема различий субъективных мнений судей усугубляется тем обстоятельством, что суды первой инстанции рассматривают дела единолично. При отсутствии другого мнения по тому же вопросу судья будет руководствоваться только своим личным суждением, которое не всегда бывает объективным.Более того, часто суды выходят за рамки своих полномочий независимого арбитра и выносят решения явно одностороннего характера. Доказательства одной стороны рассматриваются предвзято и необъективно, а доказательства другой стороны, даже при признаках их недопустимости, имеют для суда главенствующее значение. Ведь только суд может определить, какие доказательства относятся к делу и допускаются в качестве таковых, а какие нет. Но сильный субъективный фактор приводит к произвольной оценке судом доказательств, а иногда и вовсе к неправомерному их анализу.

Приведу несколько примеров. Два иска от ОАО» МОЭК» о взыскании задолженности в Арбитражном Суде города Москвы. Ответчики — Товариществам собственника жилья

В одном случае (Дело № А40-130147/12, Судья Шустикова Н.Н.) Суд не принимает во внимание то, что Условия договора о приобретении коммунальных ресурсов, заключаемого с ресурсоснабжающими организациями с целью обеспечения потребителя коммунальными услугами, откровенно игнорируют и противоречат Правилам предоставления коммунальных услуг и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, в другом определение (Дело № А40-53159/2013, Судья Селиверстова Н.Н.) Суд подтверждает, что Условия договора о приобретении коммунальных ресурсов, заключаемого с ресурсоснабжающими организациями с целью обеспечения потребителя коммунальными услугами, не должны противоречить Правилам предоставления коммунальных услуг и иным нормативным правовым актам Российской Федерации…

Аналогичная ситуация в Судах Гражданского производства.

Истцы заявили идентичные требования: о признании несостоявшимся общее собрания собственников жилых помещений, о признании недействительными решений общего собрания собственников жилых помещений. Доказательства приводили по аналогичным основаниям: нарушения Жилищного законодательства (ст. 45-47 ЖК РФ. )
Однако судья Вахмистрова И.Ю., оценив представленные доказательства в их совокупности, пришла к выводу, что нарушения, допущенные ответчиками при созыве и проведении собрания, являются существенными и влекут за собой признание собрания несостоявшимся, а принятые на нем решения — недействительными. В то же время судья Дудкин А.Ю., не счел нарушения существенным и по обоим иска отказал в их удовлетворении…

В то же время декларируется, что Судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону (ст. 120 Конституция РФ). В силу положений ч. 7 Федерального конституционного Закона «О судебной системе РФ» Суды не отдают предпочтения каким-либо лицам, и в том числе участвующим в процессе».

Различий субъективных мнений судей можно объяснить тем обстоятельством, что суды первой инстанции рассматривают дела единолично. При отсутствии другого мнения по тому же вопросу судья будет руководствоваться только своим личным суждением, которое не всегда бывает объективным.Более того, часто суды выходят за рамки своих полномочий независимого арбитра и выносят решения явно одностороннего характера. Доказательства одной стороны рассматриваются предвзято и необъективно, а доказательства другой стороны, даже при признаках их недопустимости, имеют для суда главенствующее значение. Ведь только суд может определить, какие доказательства относятся к делу и допускаются в качестве таковых, а какие нет. Но сильный субъективный фактор приводит к произвольной оценке судом доказательств, а иногда и вовсе к неправомерному их анализу.

Домом должны управлять собственники, и на сегодня ТСЖ/ЖСК/ЖК, пока единственная форма позволяющая делать это через юридическое лицо, представляющее интересы всех собственник многоквартирного дома. И мы должны делать все возможное, чтобы сохранить право собственников управлять своей собственностью.

Оценка судьей доказательств по внутреннему убеждению

Судебная ошибка – это, прежде всего осуждение невиновного. Утверждение, что судья имеет нравственное право на это, наглядно обнаруживает свою несостоятельность. Но судебная ошибка – это и оправдание виновного вопреки истинному положению дел и собранным против него доказательствам, когда преступник уходит от заслуженной ответственности. Сюда же следует причислить и случаи неправильной квалификации деяния, и назначение явно несправедливого наказания виновному. Учитывая, что ошибка вообще представляет собой утверждение, не соответствующее действительности, или действие, не приведшее к ожидаемому результату, если они допущены не преднамеренно, судебную ошибку следует характеризовать как решение суда о виновности или невиновности подсудимого и о мере наказания, не соответствующие действительным обстоятельствам дела, принятое непреднамеренно. В работах некоторых авторов и в практике оценки работы судов бытует представление о судебной ошибке «в широком смысле слова» — как неправильном решении суда по любому вопросу, подлежащему разрешению в приговоре. Но это мнение означает утрату качественного различия между судебной ошибкой, с одной стороны, и ошибочным решением суда по частному вопросу – с другой.

Внутреннее убеждение относится, прежде всего, и главным образом к области оценки доказательств. Но юридическая оценка деяния подсудимого, и определение меры наказания производятся в соответствии с убеждением судьи в правильности и справедливости его выводов и решений. Закон и нравственные нормы, которыми руководствуется судья, создают предпосылки правильного формирования внутреннего убеждения. Внутреннее убеждение складывается в условиях независимости судей при их обязанности противостоять попыткам воздействия извне; оно должно формироваться лишь на основании исследования обстоятельств дела и опираться на доброкачественные, достаточные и тщательно проверенные доказательства.

Читайте так же:  Гарантийные обязательства — обеспечение и ответственность

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Статья 67. Оценка доказательств

Статья 67. Оценка доказательств

См. комментарии к статье 67 ГПК РФ

1. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

2. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

3. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

4. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

5. При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

6. При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

7. Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Сущность внутреннего убеждения судьи

Дата публикации: 26.10.2019 2019-10-26

Статья просмотрена: 39 раз

Библиографическое описание:

Видео (кликните для воспроизведения).

Ахвердиев Э. З. Сущность внутреннего убеждения судьи // Молодой ученый. — 2019. — №43. — С. 39-41. — URL https://moluch.ru/archive/281/63350/ (дата обращения: 25.11.2019).

Внутреннее убеждение судьи — это формирование собственного взгляда на фактические обстоятельства дела как необходимость личной оценки доказательства.

Ключевые слова: оценка доказательства, убеждение судьи, суд.

В ст. 17 УПК РФ сказано, что оценка доказательств производится по внутреннему убеждению, при руководстве законом и совестью, основанном на совокупности имеющихся в деле доказательств [1]. К определению понятия внутреннего убеждения существуют различные подходы. Так, С. В. Шевченко справедливо полагает, внутреннее убеждение является юридической категорией, а не моральной (правда, собственного определения автор не приводит) [2]. А. Ф. Галушко под внутренним убеждением судьи понимает «конкретное чувство или совокупность конкретных чувств судьи, возникающих в процессе рассмотрения и разрешения дела по поводу определенных объектов, имеющих значение для дела» [2]. Итак, внутренне убеждение представляет собой мыслительный процесс познания по фактам дела, соотношения их друг с другом, с действующим законодательством и нормами морали.

Обратим внимание на различия понятий внутреннее убеждение и убеждённость. В свою очередь внутренне убеждение рациональное, укоренившееся в сознание представления плана, мотивирующие его выводы и действия. А убеждённость — это субъективная оценка своих поступков (уверенность в своей правоте).

Для формирования убеждения важную роль играет психологический аспект перехода от сомнения к убежденности, подкрепленное достоверными знаниями, полученными в ходе судопроизводства. Н. Л. Гранат и Ю. Н. Погибко выделяют следующие этапы формирования убеждения: 1) познание фактов; 2) определение ценности; 3) принятие за истину; 4) принятие решения. Каждый этап имеет свои особенности [2]. При познании фактов суд руководствуется правилами доказывания и приобщает к доказательствам лишь те, которые обличены в юридическую форму. Те факты, которые таковой формы не имею, хотя и содержат в себе обстоятельства по делу, судом приняты быть не могут. Например, прослушивание в судебном заседании телефонного разговора, запись которого получена с нарушением требований закона. Данное доказательство исключатся, и при принятии решения и его мотивировки судья не может сослаться на данную запись, но, несомненно, она окажет влиянии на его внутреннем убеждении. Этим часто пользуются адвокаты.

Следующий этап определения ценностей представляет собой оценка всей доказательной базы, её полноты и достоверности. Мнение суда основывается на позиции, что не одно исследуемое доказательство не имеет заранее установленной силы. Исходя из этого, при состязательности сторон, судья может принимать позицию одной из них на основании тех доказательств, которые ему кажется убедительнее. Поэтому на данном этапе имеет место быть фактор «психологической установки» при формировании внутреннего убеждения.

Психологическая установка представляет собой ориентировании мышления и сознания субъекта в русло определенных условий, создавая модель определенного реагирования в том или ином виде деятельности.

Зачастую это выражается в формировании убеждения еще в середине судебного процесса, или в модели «предыдущих решений». То есть, судья заблаговременно согласен с выводами следователя, отраженными в обвинительном акте. И то и другое может быть чревато «подгоном» материалов дела под заранее сделанные выводы суда. Все доказательства, прошедшие оценку судьи по всем критериям, создают картину преступления, которая становится основой для принятия решения. В этом заключается третий этап — принятие за истину.

При всестороннем изучении всех имеющихся доказательств судья убежден в правильности и достоверности своего решения и может его мотивировать. Но не редко обстоятельства дела бывают настолько спорными, что судья испытывает доли сомнения. При таких ситуациях важно обращаться к презумпции невиновности, установленной законодателем. Это позволяет сместить возникшие сомнения в достаточности доказательстве или их истинности в сторону подсудимого. Такими действиями судья снимает с себя ответственность за неправильно принятое решение, что способствует положительному формированию внутреннего убеждения и блокировки психологических установок в будущем. Важным психологическим влиянием на судью является то, на каком этапе заседания сторона излагает свои доводы.

Таким образом, аргументировать свою позицию необходимо непосредственно при изучении доказательств, для формирования у судьи правильного восприятия доказательной базы, а то время, как изложения своей позиции в прениях не даст такого результата.

Верховный суд (ВС) в своем решении запретил нижестоящим инстанциям давать произвольную оценку доказательствам [3]. Cудьи действительно зачастую выходят за рамки судейского усмотрения, что свидетельствует об обвинительном уклоне правосудия и заочном сотрудничестве людей в мантиях со следователями. Решить проблему можно введением магистратских судов, которые работают по аналогии с мировыми, но только не получают денег от государства, а значит, более независимы в своих оценках.

Суды не должны давать произвольную оценку доказательствам. Возможность судить и выносить решения по своему внутреннему убеждению не дает судьям подобного права. Однако практика, когда суды игнорируют доказательства или толкуют их по собственному убеждению, довольно распространена. При этом служители Фемиды, как правило, пренебрегают разъяснениями вышестоящих инстанций. Суды произвольно, невзирая на имеющиеся доказательства, все чаще принимают незаконные решения. А главная проблема в том, что на такие решения потом ориентируются и ссылаются другие суды, принимая их за верные.

Судьи зачастую не желают признавать реальные доказательства, заведомо принимают позицию одной из сторон. Оспорить такую предвзятость непросто. Суд вышестоящей инстанции «засаливает» решение суда первой инстанции в условиях круговой поруки. А вот суд кассационной инстанции просто не портит нижестоящим статистику. Так и рождается абсурдный с точки зрения права судебный прецедент, который затем тиражируется и перепечатывается уже другими судами.

Читайте так же:  Размер уставного фонда государственного унитарного предприятия составляет

По закону, суды должны оценивать доказательства хоть и по внутреннему убеждению, но на «полном, объективном и непосредственном» их исследовании. Но на практике эти принципы часто нарушаются

В уголовном процессе суд зачастую наиболее критично относится к доказательству со стороны защиты. Даже в случае приобщения таких доказательств к делу объективная мотивированная оценка их содержания и значения в приговоре дается крайне редко. Это очередное подтверждение обвинительного уклона при рассмотрении дела. Содержание доказательств, таких как показания свидетелей и специалистов, в протоколах фиксируется недословно, а обязательная аудиозапись рассмотрения уголовных дел не ведется. Суды нередко принимают произвольные решения «вопреки логике и истинному значению доказательств», допустим, из своей приверженности государственному интересу.

До 1964-го в России действовал принцип формальной оценки: когда закон указывал, какие доказательств являются совершенными (к примеру, чистосердечное признание) или несовершенными, как их правильно суммировать и что делать, если они противоречат друг другу. Сейчас оценка свободная: «де-юре — по внутреннему убеждению судьи, де-факто — произвольно, в зависимости от его настроя».

При этом вышестоящие инстанции не стремятся контролировать логику судьи и в такие дела обычно не вмешиваются. Апелляция, которая должна по идее пересматривать произвольные оценки, фактически уклоняется от этого.

Основная проблема в России заключается в тотальной зависимости судейского корпуса. На сегодняшний день в Европе до 10 % оправдательных приговоров, в российском суде присяжных — порядка 18 %, а в профессиональном варьируется в пределах 1 %. А это лишь подтверждает, что российские судьи априори солидарны с обвинением [4].

Необходимо активней вводить в правосудие народ: если прежде суды присяжных работали по огромному количеству дел, допустим, в царской России это было около 40 тыс. ежегодно, то сейчас присяжные не рассматривают и тысячи.

Таким образом, предлагаем ориентироваться на опыт Англии, где основную массу дел рассматривают так называемые судьи-магистраты. Они работают по два месяца в год на общественных началах, pro-bono. Они не получают денег, квартир и путевок в дом отдыха от властей, им и нет надобности угодничать, выслуживаться, бояться поссориться с прокуратурой. Судья в данном случае воспринимает себя не как представитель закрытой касты, а как член гражданского общества. При этом государство финансирует лишь судебные здания, судебных клерков, охрану. Этот институт мог бы быть хорошей аналогией мировым судьям.

Статья 17 УПК РФ. Свобода оценки доказательств

Новая редакция Ст. 17 УПК РФ

1. Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

2. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

[3]

Комментарий к Статье 17 УПК РФ

1. Оценка доказательств представляет собой осуществляемую в логических формах мыслительную деятельность следователя (дознавателя и др.), судьи или суда, направленную на определение по собственному внутреннему убеждению относимости сведений, допустимости сведений и их процессуального источника, достоверности, достаточности и (или) значения как каждого отдельно взятого доказательства, так и всей собранной по делу их совокупности . Результаты оценки доказательств позволяют следователю (дознавателю и др.), судье и суду принимать законные и обоснованные уголовно-процессуальные решения или же понимать, когда фактические основания принятия указанных решений отсутствуют.

———————————
Данное определение в свое время было сформулировано на основе соответствующей дефиниции, авторство которой принадлежит Б.Т. Безлепкину. См.: Безлепкин Б.Т. Глава IV. Доказательства в советском уголовном процессе // Советский уголовный процесс: Учебник / Под ред. В.П. Божьева. М.: Юрид. лит., 1990. С. 92 — 93.

2. Оценка доказательств должна осуществляться по своему внутреннему убеждению. Внутреннее убеждение можно охарактеризовать как твердый, основанный на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, раскрывающий сущность оцениваемого явления взгляд, в нашем случае следователя (дознавателя и др.).

3. Несколько иначе понятие «внутреннее убеждение» толкуется Н.П. Кузнецовым. Ученый считает, что таковым является «состояние субъекта доказывания, когда он считает собранные доказательства достаточными для принятия соответствующего процессуального решения, уверен в правильности своего вывода и готов к практическому действию в соответствии с полученными знаниями» . Вряд ли взгляд (представление) субъекта доказывания и есть его состояние. Но если даже согласиться с такой характеристикой внутреннего убеждения следователя (дознавателя и др.), есть еще одно замечание, не обратив внимание на которое, мы не можем завершить анализ предложенной Н.П. Кузнецовым дефиниции. Как прямо следует из текста ст. 88 УПК РФ, оценка доказательств касается не только вопроса достаточности таковых, но и по меньшей мере также вопросов относимости, допустимости и достоверности доказательств (сведений и их источников). Данный, несомненно важный, момент упущен автором рассматриваемого определения.

———————————
См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (научно-практическое издание) / Под общ. ред. В.В. Мозякова, Г.В. Мальцева, И.Н. Барцица. М.: Книга-Сервис, 2003. С. 78.

4. Доказательства оцениваются по внутреннему убеждению, которое в той или иной мере характеризуют следующие признаки:

а) специальный субъект, уполномоченный оценивать доказательства от имени государственного органа (государства), — должностное лицо, осуществляющее либо контролирующее осуществление (надзирающее за реализацией) уголовного процесса;

б) указанный субъект не вправе руководствоваться оценкой, предлагаемой кем-то другим (должностным лицом, передавшим ему уголовное дело, вышестоящим должностным лицом или органом, «общественным мнением» и др. ), а также перелагать обязанность такой оценки и ответственность за нее на другое лицо;

———————————
См. об этом подробнее: Ратинов А.Р. Внутреннее убеждение при оценке доказательств // Теория доказательств в советском уголовном процессе. Изд. 2-е, испр. и доп. М., 1973. С. 476.

в) оценка доказательств осуществляется не произвольно и не интуитивно, а на основе той совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств , которыми располагает лицо, осуществляющее рассматриваемый вид мыслительной деятельности;

———————————
Иногда оценка доказательств осуществляется на основе совокупности доказательств, представленных должностному лицу, в производстве которого уголовное дело не находится.

г) по формальным признакам никакие доказательства (ни исходя из содержащихся в них сведений, ни из разновидности источника) не должны иметь преимущества над другими;

д) должностное лицо, осуществляющее уголовный процесс (контролирующее, надзирающее за названным видом деятельности), должно стремиться к завершению оценки доказательств однозначными, лишенными сомнений выводами . Неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.

———————————
Аналогичные признаки оценки доказательств по внутреннему убеждению вычленялись и Б.Т. Безлепкиным (см.: Безлепкин Б.Т. Глава IV. Доказательства в советском уголовном процессе // Указ. соч. С. 94; и др.).

5. Оценивать доказательства следователь (дознаватель и др.) обязан, руководствуясь при этом законом и совестью. Под законом в данном случае понимается не только уголовно-процессуальный закон, но и все другие источники уголовно-процессуального законодательства, а в некоторых случаях и других отраслей права (конституционного, уголовного и др.).

6. Теорией доказательств установлены принципы оценки доказательств, гарантии и пределы процессуальной самостоятельности субъектов доказывания при оценке доказательств, а также требования к процессуальным документам, в которых фиксируются итоги такой оценки.

7. Нормы уголовного закона необходимы следователю (дознавателю и др.) для оценки сведений с точки зрения их относимости, потому что обстоятельства, подлежащие доказыванию, в конкретном уголовном процессе тесно связаны с признаками соответствующего состава преступления. При оценке относимости сведений часто учитываются нормы других, помимо уголовного и уголовно-процессуального, отраслей права, раскрывающие содержание бланкетных диспозиций статей уголовного закона (правил изготовления и использования государственных пробирных клейм, норм и правил пожарной безопасности и др.) , а также нормы гражданского права, позволяющие правильно разрешить заявленный гражданский иск.
———————————
Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации Б.Т. Безлепкина включен в информационный банк согласно публикации — Проспект, 2012 (11-е издание, переработанное и дополненное).

Читайте так же:  Пошаговая инструкция, как самостоятельно продать квартиру без посредников

Об этом же пишет Б.Т. Безлепкин. См., к примеру: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. С. 29; и др.

8. Нормы иных, помимо уголовного, отраслей права позволят, к примеру, сделать вывод о допустимости некоторых иных документов как доказательств.

9. Оценивая доказательства, должностные лица, осуществляющие уголовный процесс, опираются на свои представления и профессиональные знания о праве, понимание юридического, социального и нравственного содержания правовой системы государства, официальное и научное толкование юридических норм .

———————————
См.: Безлепкин Б.Т. Глава IV. Доказательства в советском уголовном процессе // Указ. соч. С. 94 — 95; и др.

10. Теперь несколько слов скажем о понятии «совесть» в уголовном процессе. Использование законодателем данного термина применительно к оценке доказательств критикуется рядом процессуалистов . Однако, несмотря на данное обстоятельство, рассматриваемое понятие является одним из элементов ч. 1 ст. 17 УПК РФ и поэтому нами не может быть не исследовано.

———————————
См.: Быков В.М. Свобода оценки доказательств по Уголовно-процессуальному кодексу РФ // Право и политика. 2004. N 9; и др.

11. Совесть — это чувство нравственной ответственности за свое поведение, поступки перед окружающими людьми, обществом . Именно это чувство по мысли законодателя должно влиять на правильную оценку доказательств. Учеными оно именуется нравственно-психологическим элементом , нравственным критерием оценки доказательств .

———————————
См.: Краткий толковый словарь русского языка / Сост. И.Л. Городецкая, Т.Н. Поповцева, М.Н. Судоплатова, Т.А. Фоменко; под ред. В.В. Розановой. 4-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1985. С. 182.

См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 644.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (под ред. В.И. Радченко, В.Т. Томина, М.П. Полякова) включен в информационный банк согласно публикации — Юрайт-Издат, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное).

См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.И. Радченко. М.: Юстицинформ, 2003. С. 54.

См., к примеру: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. М.: Экмос, 2002. С. 39; и др.

[2]

12. Н.П. Кузнецов определяет понятие «совесть» через категорию «способности личности». Он считает, что таковой является способность личности к моральному самоконтролю, форма самосознания личности . Способность не есть чувство. Способность — умение, а также возможность производить какие-либо действия . Характеризуя категорию «совесть» через понятие «способность», ученый, сам того не замечая, дозволяет оценивать доказательства без вовлечения в этот процесс чувства нравственной ответственности за принимаемое решение (осуществляемое действие, бездействие). Но не факт, что умеющее что-либо лицо воспользуется своей способностью. Законодатель же в ч. 1 ст. 17 УПК РФ возлагает на следователя (дознавателя и др.) обязанность не иметь способность, а руководствоваться чувством нравственной ответственности перед окружающими людьми, обществом за свои решения и (или) действия (бездействие).

———————————
См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (научно-практическое издание). М.: Книга-Сервис, 2003. С. 79.

См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 658.

13. Т.Н. Москалькова идет дальше. Она утверждает, что «руководствоваться совестью значит исходить из чувства нравственной ответственности за действия и решения, принимаемые в ходе уголовно-процессуальной деятельности» . Действия и решения могут иметь место и вне доказывания. О совести же как о предусмотренном УПК РФ явлении законодатель упоминает лишь применительно к одному из элементов даже не уголовного процесса, а всего-навсего процесса доказывания. Это не говорит о том, что при осуществлении всех иных процессуальных действий (бездействия) и принятии процессуальных решений следователь (дознаватель и др.) не должен исходить из чувства нравственной ответственности за свои действия (бездействие) и решения. Однако осуществляемое вне оценки доказательств соизмерение собственных действий (бездействия) и принимаемых решений с собственной совестью реализуется вне уголовно-процессуального производства и поэтому не имеет никакого отношения к содержанию ст. 17 УПК РФ.
———————————
Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (отв. ред. И.Л. Петрухин) включен в информационный банк согласно публикации — Велби, Проспект, 2008 (6-е издание, переработанное и дополненное).

См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ТК «Велби», 2002. С. 38.

14. Законом и совестью следователь (дознаватель и др.) обязан руководствоваться, то есть направлять свою деятельность по оценке доказательств сообразно закрепленным в законодательстве правовым нормам и чувству нравственной ответственности за результат осуществленной им оценки доказательств.

15. Уголовно-процессуальному законодательству не известны правила заранее установленного преимущества одних доказательств (к примеру, признания обвиняемым своей вины, заключения эксперта, вещественного доказательства и т.п.) над другими, обязательного подтверждения определенных обстоятельств, подлежащих доказыванию, только строго конкретными доказательствами, необходимого количества доказательств для установления наличия фактических оснований принятия процессуальных решений и т.п. Напротив, исходя из буквального толкования формулировки ч. 2 ст. 17 УПК РФ, значимость доказательств может быть установлена только в результате их оценки по правилам, закрепленным в УПК РФ.

16. И последнее, что хотелось бы отметить в связи с отсутствием у доказательств до их проверки и оценки заранее установленной силы. Недопустимо как предвзятое отношение к показаниям сотрудников полиции и военнослужащих по делам о посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа, так и их неоправданная переоценка. Показания этих лиц должны оцениваться судом наравне и в совокупности со всеми иными доказательствами по делу, полученными в установленном законом порядке.

17. Необходимо исключить случаи некритического отношения суда к представленным материалам расследования, к выводам, содержащимся в обвинительном заключении, а также к дополнительным материалам, полученным в судебном заседании. Важно всегда исходить из требований ч. 2 ст. 17 УПК РФ о том, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

18. См. также комментарий к ст. ст. 88, 401.14 УПК РФ.

Другой комментарий к Ст. 17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

1. Требования о правилах оценки доказательств закон адресует субъектам уголовного процесса, уполномоченным вести расследование и отправлять правосудие: судьям, присяжным заседателям, прокурорам, следователям, дознавателям.

2. Оценить доказательства означает прийти к обоснованному выводу о допустимости и относимости, достоверности и достаточности фактических данных для подтверждения обвинения. Оценке подлежит каждое отдельное доказательство и их совокупность.

3. Термин «внутреннее убеждение» означает отсутствие предустановленности, независимость в принятии решений на основе опыта и этики.

4. Руководствоваться совестью — значит исходить из чувства нравственной ответственности за действия и решения, принимаемые в ходе уголовно-процессуальной деятельности.

5. Принципы оценки доказательств едины для всех стадий. Различие оценки не в ее характере, а в содержании и значении выводов.

6. Оценка доказательств по внутреннему убеждению предполагает отсутствие в уголовном процессе правил о заранее установленной силе и преимуществах одних доказательств перед другими.

Видео (кликните для воспроизведения).

7. Приговор не может быть вынесен, если не проверены и не опровергнуты все противостоящие обвинению доводы и не устранены все сомнения в виновности. При этом должны быть объективно оценены обстоятельства как уличающие, так и оправдывающие подсудимого.

Источники


  1. Гойко, Л.Ф. Судебные были; К.: Украина, 2012. — 208 c.

  2. Пикуров, Н. И. Комментарий к судебной практике квалификации преступлений на примере норм с бланкетными диспозициями / Н.И. Пикуров. — М.: Юрайт, 2014. — 496 c.

  3. Малахов, В. П. Теория государства и права / В.П. Малахов, И.А. Горшенева, А.А. Иванов. — М.: Юнити-Дана, Закон и право, 2009. — 160 c.
  4. Судья принимает решение на основании внутреннего убеждения
    Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here